Юрист оценил идею ввести штрафы за сокрытие детей после развода

Штрафы не помогут в борьбе с родителями, которые незаконно запрещают детям видеться с близкими, а арест заставит нарушителей задуматься, заявил газете ВЗГЛЯД судебный юрист, эксперт в области семейного права Натан Будовниц.

Ранее глава комитета Совета Федерации по экономической политике Андрей Кутепов предложил ужесточить меры борьбы с родителями, запрещающими детям видеться с близкими или отказывающимися передавать ребенка бывшему супругу, несмотря на решение суда. Инициатива предусматривает штраф до пяти тысяч рублей, а в случае повторного нарушения до пяти суток ареста.

«Думаю, что штраф не сильно повлияет на решение проблемы, потому что когда речь идет о спорах по поводу детей, то такая сумма не является страшной и серьезной мерой ответственности для родителя-нарушителя. Это связано с тем, что совершающие такие поступки родители обычно «идут до конца», где присутствуют судебные тяжбы и тратится в разы больше денег», – считает Будовниц.

По мнению юриста, пять суток ареста – это уже более серьезная мера ответственности, что может напугать определенный процент граждан. При этом улучшение проблемы полностью зависит от того, насколько данные поправки будут донесены до каждого жителя России.

«Доказать факт препятствия родителя видеться ребенку с другим родителем очень сложно. Для этого достаточно просто оказывать давление на ребенка, ведь суд будет руководствоваться именно его показаниями. При этом сокрытие места жительства ребенка доказать проще, но не факт, что это будет противоречить желанию несовершеннолетнего», – говорит Будовниц.

Юрист согласился, что государство действительно должно ужесточить наказание в этой области, но не уверен, что штрафы и аресты – подходящее решение. Проблема семейных споров, связанных с детьми, действительно очень распространена в России, говорит Будовниц, это примерно каждый третий случай из его практики.

Опубликовано в интернет издании Взляд 12.11.2019.

 

Имеет ли право на наследство «гражданский» муж или жена?

В российском законодательстве нет определения «гражданский брак». Гражданский муж или гражданская жена ни при каком раскладе не могут претендовать на наследство, рассказал АиФ.ru юрист Натан Будовниц. Он напомнил, что законодательство не предусматривает такие понятия, как «гражданский муж» или «гражданская жена». «Супруги, которые, безусловно, являются наследниками друг друга — это лица, зарегистрировавшие брак в установленном законом порядке. Все остальное — это отношения мужчины и женщины, и их можно называть сожителями, можно называть гражданскими супругами, но это скорее бытовое наименование такого статуса, а не юридическое», — пояснил юрист.

В каких случаях гражданский муж или жена получает право претендовать на наследство?

Российское законодательство позволяет иждивенцам в некоторых случаях претендовать на наследство своей «второй половины» вне зависимости от наличия штампа в паспорте. Однако для того, чтобы стать наследником, одного факта материальной поддержки со стороны покойного гражданского мужа или жены будет недостаточно. Этот вопрос регулирует пункт 2 статьи 1148 Гражданского кодекса РФ. В нем описываются условия, при которых лицо, не входящее в круг наследников, может претендовать на оставшееся после смерти человека имущество.

«Гражданская жена должна доказать, и суд должен установить, что она ко дню открытия наследства, а это момент смерти человека, была нетрудоспособной. Это либо пенсионный возраст, либо заболевания, в результате которых человек получает статус нетрудоспособного, то есть инвалидность. Второе условие — не менее года до момента смерти партнера этот человек должен находиться на иждивении умершего, проживая вместе с ним», — рассказал Натан Будовниц. Эксперт отметил, что иждивенцем может быть не только так называемый гражданский муж или гражданская жена, но и любой другой человек. Таким образом, просто статуса домохозяйки, которую содержал сожитель, будет недостаточно для получения наследства.

Как иждивенцу доказать факт совместного проживания?

Если у бывшей гражданской супруги есть основания для признания ее иждивенцем, ей предстоит подтвердить факт совместного проживания на протяжении года до момента смерти партнера. По словам юриста, самым простым доказательством могут служить документы, подтверждающие регистрацию по месту жительства или пребывания в одной квартире с покойным.

«Помимо этого могут быть представлены доказательства того, что человек по этому адресу хотя бы последний год получал всю почтовую корреспонденцию, может быть, за свой счет оплачивал коммунальные услуги. И, наконец, совместное проживание может подтверждаться свидетельскими показаниями», — перечислил юрист. К последним относятся показания соседей, родственников, любых гостей и участкового, который ранее установил факт совместного проживания гражданских супругов. Также в качестве доказательства можно предоставить документы о прикреплении к поликлинике, добавил Будовниц.

Опубликовано в АИФ 19.07.19

Вернут ли задаток, если отказаться покупать квартиру?

При покупке квартиры продавец может потребовать задаток: процент от суммы сделки, подтверждающий намерение о покупке. Но сделка может по разным причинам не состояться, — по вине продавца или покупателя — а задаток возвращается не всегда. АиФ.ru поговорил с юристом Натаном Будовницем о том, чем задаток отличается от аванса, а также в каких случаях его можно вернуть, а в каких — нет.

Чем задаток за квартиру отличается от аванса?

Как объясняет Натан Будовниц, любая сумма считается по умолчанию авансом, если между сторонами не было заключено соглашение о задатке. И аванс, и задаток — это сумма, которая является своего рода обеспечением сделки. Разница в том, что аванс, если сделка не состоялась, возвращается всегда, а задаток — только при определенных условиях.

«В законе сказано, что все является авансом, если только в договоре прямо не прописано, что это задаток. Когда вносится аванс, то он возвращается вне зависимости от того, кто виноват в том, что сделка не состоялась. С задатком условия другие. Он под собой подразумевает некую ответственность, возлагаемую на то лицо, которое виновато в срыве сделки»,— поясняет Будовниц.

Когда можно вернуть задаток, а когда — нет?

По словам юриста, задаток возвращается, в случае если сделка не состоялась по вине продавца квартиры (например, если тот не предоставил в срок необходимые документы).

«Если, например, человек получил задаток и по его вине сделка не состоялась, — он передумал, не предоставил какие-то важные документы, из-за которых сделка не может состояться в срок, который установлен соглашением о задатке, или вообще стороны не могут ее совершить — то он должен этот задаток вернуть в двойном размере. А если сделка не состоялась по вине человека, который задаток передавал, то эта сумма ему не возвращается», — поясняет Будовниц. То есть если покупатель просто передумал приобретать недвижимость, то задаток остается у продавца.

А если в процессе сделки выясняются подробности, о которых покупатель не знал?

Если, допустим, в ходе покупки квартиры выясняется, что в жилье остались зарегистрированные жильцы, то, по словам Будовница, это не является препятствием для сделки. «Но это может быть условием, на которое не захочет пойти покупатель. И если выяснится, что на этапе заключения соглашения продавец обманул или не обеспечил то, что он обещал обеспечить (чтобы все снялись с учета и так далее), то этот факт будет являться причиной, из-за которой сделка не может состояться. Тогда можно будет признать, что виноват продавец квартиры. Здесь уже большая перспектива спора. Как правило, тот, кто взял задаток, не хочет его возвращать, тем более в двойном размере, а тот, кто передал, понятное дело, хочет его вернуть», — говорит юрист.

Он добавляет, что в этом случае стороны могут попытаться решить проблему добровольно. Например, продлить соглашение о задатке, договориться между собой, что задаток будет возвращен не в двойном размере, а в одинарном, и пр. «Если же покупатель требует вернуть задаток в двойном размере, а продавец отказывается, то правовой способ решения проблемы — только через суд» , — заключает юрист.

Можно ли вернуть задаток, если банк отказал в кредите?

Составляя договор о задатке, стороны должны прописать в нем все возможные условия — в частности, касающиеся получения банковского кредита. И, соответственно, будет возвращен задаток или нет в случае отказа банка, зависит от того, что указано в договоре.

«Если стороны в договоре отметят, что это является причиной, по которой задаток удерживается, тогда он будет удержан. Потому что, в принципе, если это никак не будет обусловлено, прямой вины самого покупателя в том, что ему банк отказал, нет. Но при этом косвенно сделка сорвалась по его вине: он не обратился в другой банк, не обеспечил получение денег. В конце концов, продавцу не так важно, где покупатель будет брать деньги: в одном банке или другом. Если стороны подумали обо всех возможных случаях, то они должны указать эту ситуацию в договоре о задатке», — объясняет эксперт.

Можно ли вернуть деньги, если договора не было?

Если соглашения о задатке между сторонами нет, внесенная сумма будет считаться авансом. Но в этом случае обязательно должна быть хотя бы расписка о даче и получении денежных средств. Если никакого документального подтверждения нет, деньги вернуть не удастся.

«Люди могут не подписать юридически грамотное соглашение, но хотя бы расписку написать можно. Если расписка в передаче денег будет отсутствовать, то тогда покупатель вообще не сможет доказать, что он эти деньги передавал хотя бы в качестве аванса. Есть и еще один ключевой момент: задаток — это сумма, которая передается в качестве подтверждения заключения договора и обеспечения его исполнения. Если договора как такового нет, то этот задаток представляет собой весьма спорные условия. То есть между сторонами хотя бы должен быть заключен некий предварительный договор купли-продажи», — говорит Натан Будовниц.

Опубликовано в АИФ 11.07.2019 и в Российской газете

 

 

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 25 сентября 2018 г. при участии адвоката Будовница Владислава Юрьевича

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 25 сентября 2018 г. N С01-718/2018 по делу N А40-192883/2017 Принятые ранее судебные акты об отказе в иске о защите исключительных прав на товарные знаки и взыскании компенсации оставлены без изменения, поскольку материалами дела не подтвержден факт неправомерного использования ответчиком спорных товарных знаков, т.к. в представленной конкурсной документации содержится указание лишь на название фирмы-производителя, но не на товарные знаки

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2018 года.Полный текст постановления изготовлен 25 сентября 2018 года.Суд по интеллектуальным правам в составе председательствующего судьи Рассомагиной Н.Л., судей Булгакова Д.А., Снегура А.А., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интехника» (ул. Годовикова, д. 9, стр. 25, эт./пом./к. 1/III/15, Москва, 129085, ОГРН 1087746663938) на решение Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2018 по делу N А40-192883/2017 (судья Чадов А.С.) и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2018 по тому же делу (судьи Садикова Д.Н., Головкина О.Г., Левченко Н.И.)

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Интехника» к обществу с ограниченной ответственностью «УНИТЕХ» (Чечёрский пр-д, д. 24, пом. I, комн. 1, Москва, 117042, ОГРН 1157746029825) о защите исключительных прав на товарные знаки и взыскании компенсации. В судебном заседании приняли участие представители: от общества с ограниченной ответственностью «Интехника» — Кокоева З.Б. (по доверенности от 17.01.2018);

от общества с ограниченной ответственностью «УНИТЕХ» — Будовница В.Ю. (по доверенности от 16.08.2018).

Суд по интеллектуальной собственности установил:

общество с ограниченной ответственностью «Интехника» (далее — общество «Интехника») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «УНИТЕХ» (далее — общество «УНИТЕХ») о запрете совершать любые действия по использованию товарных знаков VARGUS по международной регистрации N 811443, VARDEX по международной регистрации N 753500, SHAVIV по международной регистрации N 754373 без согласия истца, в том числе, вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации товары с размещенными на них указанными товарными знаками, хранить товары с размещенными на них указанными товарными знаками, использовать на документации, связанной с введением в гражданский оборот, в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе в сети Интернет; о взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков VARGUS и VARDEX в размере 2 000 000 рублей; о взыскании суммы уплаченной государственной пошлины за подачу настоящего иска.

До вынесения судом первой инстанции решения по настоящему спору обществом «Интехника» было заявлено уточнение исковых требований, а именно отказ от иска в части требования о запрете совершать любые действия по использованию товарных знаков по международным регистрациям N 811443, N 753500, N 754373.

Указанный отказ принят судом первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, производство по делу в указанной части прекращено.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2018 в удовлетворении заявленных требований обществу «Интехника» отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2018 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами судов первой и апелляционной инстанций, общество «Интехника» ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В кассационной жалобе общество «Интехника» указало на неполное выяснение судами обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в решении и постановлении, обстоятельствам дела.

Так, заявитель кассационной жалобы отметил, что судами в оспариваемых судебных актах был сделан вывод о том, что общество «УНИТЕХ» приобрело спорный товар у общества с ограниченной ответственностью «Промышленный инструмент» (далее — общество «Промышленный инструмент»), являющегося региональным дистрибьютором истца.

Однако, по мнению общества «Интехника», данный вывод суда не подтверждается материалами дела, так как в материалах дела отсутствуют документы в отношении части приобретенного товара, подтверждающие факт его приобретения у официального дистрибьютора.

Кроме того, в кассационной жалобе истцом указано на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих введение в гражданский оборот спорного товара правообладателем и его дистрибьютором.

Также общество «Интехника» в своей кассационной жалобе сослалось на то, что письмо от 27.10.2015 N 1536/15, представленное ответчиком в качестве доказательства получения разрешения истца на использование спорных товарных знаков, не выдавалось истцом, о чем им сообщалось суду в ходе судебных заседаний и в возражениях на отзыв ответчика. По мнению заявителя кассационной жалобы, суд должен был затребовать у ответчика оригинал указанного письма для проверки его достоверности.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что факт выдачи указанного письма 27.10.2015, в то время как лицензионный договор на право использования товарных знаков заключен между истцом и правообладателем 23.01.2017, свидетельствует о подложности данного доказательства.

Также общество «Интехника» указало на то, что судом апелляционной инстанции неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, а именно договора, заключенного с обществом «УНИТЕХ» по результатам проведения открытого аукциона в электронной форме на право заключить договор на поставку инструмента фирмы Vargus, а также перечня и количества товара, приобретенного обществом «УНИТЕХ» и переданного заказчику в рамках исполнения указанного договора; документов первичной бухгалтерской отчетности, подтверждающих исполнение обязательств обществом «УНИТЕХ» (поставщиком), предусмотренных указанным договором.

Кроме того, заявитель кассационной жалобы полагает, что суды не дали надлежащей правовой оценки доводам и доказательствам истца, не указали в оспариваемых судебных актах мотивов, по которым доводы и доказательства не были приняты.

Общество «УНИТЕХ» до судебного заседания представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит оставить обжалуемые судебные акты в силе как законные и обоснованные.

В судебное заседание явились представители общества «Интехника» и общества «УНИТЕХ».

В судебном заседании представитель общества «Интехника» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил ее удовлетворить, отменить обжалуемые судебные акты судов первой и апелляционной инстанций.

Представитель общества «УНИТЕХ» в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы по доводам, изложенным в отзыве, просил оставить обжалуемые судебные акты в силе.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, то есть исходя из доводов кассационной жалобы и возражений на нее, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены судебного акта, установленных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок опубликовано извещение N 31705281760 о проведении открытого аукциона в электронной форме на право заключить договор на поставку инструмента фирмы Vargus.

Согласно протоколу от 23.08.2017 N 176 победителем указанного аукциона признано общество «УНИТЕХ» с ценовым предложением 481 522 евро 26 центов.

В обоснование заявленных требований истец указал, что компания VARGUS Ltd. (Израиль) является правообладателем товарных знаков VARGUS по международной регистрации N 811443, VARDEX по международной регистрации N 753500, SHAVIV по международной регистрации N 754373, исключительное право использования этих товарных знаков на территории Российской Федерации принадлежат обществу «Интехника» на основании лицензионного договора на использование товарных знаков от 23.01.2017, зарегистрированного в Федеральной службе по интеллектуальной собственности 06.04.2017 за номером РД0220172.

Ссылаясь на получение информации о том, что ответчиком без согласия истца были предложены к реализации и продаже инструменты под товарными знаками VARGUS и VARDEX (протокол от 23.08.2017 N 176, размещенный в Единой информационной системе закупок), а впоследствии был заключен и исполнен договор на поставку таких инструментов, полагая, что этими действиями нарушены его права на указанные товарные знаки, общество «Интехника» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1229, 1252, 1484, 1487, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что материалами дела не подтвержден факт неправомерного использования ответчиком спорных товарных знаков, поскольку в представленной конкурсной документации содержится указание лишь на название фирмы-производителя, но не на товарные знаки. Кроме того, суд учел, что обществом «УНИТЕХ» в материалы дела было представлено письмо общества «Интехника», содержащее разрешение на использование спорных товарных знаков.

Суд апелляционной инстанции, исследовав дополнительно представленные доказательства, а также учитывая подтвержденный факт закупки спорного товара у официального дистрибьютора, поддержал выводы суда первой инстанции.

Изучив материалы дела, оценив доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав представителей сторон, проверив в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную указанным Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

В силу статьи 1254 ГК РФ если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 этого Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что истец является обладателем исключительной лицензии на использование на территории Российской Федерации товарных знаков VARGUS и VARDEX по международным регистрациям N 811443 и N 753500 на основании лицензионного договора от 23.01.2017, зарегистрированных, в том числе, в отношении товара 7-го МКТУ «металлорежущий инструмент».

Обращаясь с настоящим иском, истец указывал на использование названных товарных знаков обществом «УНИТЕХ» при участии в открытом аукционе в электронной форме на право заключить договор на поставку инструмента фирмы Vargus путем подачи соответствующей заявки на участие в аукционе.

В ходе рассмотрения дела истец также сослался на то, что общество «УНИТЕХ» было признано победителем этого аукциона, с ним был заключен договор на поставку продукции, который впоследствии был исполнен.

Судами установлено и соответствует материалам дела, что закупочная документация не содержит требований к товарному знаку, которым должен быть защищен требуемый товар.

Суды пришли к выводу, что прямое указание в документации требования к фирме-производителю является именно требованием к фирме-производителю и не может расцениваться как требование к товарному знаку, которым должны быть маркированы поставляемые товары.

При таких обстоятельствах, как правильно признали суды, указание в закупочной документации на инструмент «фирмы Vargus» не нарушает прав истца на товарные знаки, в защиту которых предъявлен настоящий иск.

Аналогичная правовая позиция изложена Судом по интеллектуальным правам в постановлениях от 19.01.2018 по делу N А21-7531/2016 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2018 N 307-ЭС18-4529 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отказано), от 21.03.2018 по делу N А40-109432/2017, от 30.07.2018 по делу N А40-109138/2017 и от 09.08.2018 по делу N А40-146587/2017.

Вместе с тем, ответчик по настоящему делу был признан победителем аукциона, с ним был заключен договор на поставку продукции, который был ответчиком исполнен.

Эти обстоятельства ответчиком не оспаривались, в судебном заседании суда кассационной инстанции представителем ответчика эти обстоятельства также были подтверждены.

Между тем, отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что ответчиком было представлено в материалы дела письмо, подтверждающее согласие истца на использование ответчиком спорных товарных знаков.

Относительно довода общества «Интехника» о том, что им оспаривался факт выдачи письма от 27.10.2015 N 1536/15, копия которого представлена ответчиком в качестве доказательства наличия разрешения на использование спорных товарных знаков, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Доказательства, представленные в материалах дела, были исследованы и оценены судами в соответствии с указанной нормой.

Вместе с тем общество «Интехника», возражая против достоверности представленного ответчиком письма от 27.10.2015 N 1536/15, ходатайств о фальсификации доказательств, об истребовании оригинала представленного документа, о назначении экспертизы указанного письма не заявляло.

Как указывалось ранее, бремя доказывания факта нарушения исключительного права возложено на истца, следовательно, именно истцом должны были быть предприняты меры по оспариванию представленных доказательств, в случае сомнения в их достоверности.

В связи с этим не может быть признана обоснованной ссылка ответчика на нарушение судом первой инстанции части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с названной нормой суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Вместе с тем, в материалы дела представлена копия письма от 27.10.2015 N 1536/15 в единственном экземпляре, каких-либо противоречий указанного письма с другими представленными доказательствами судами не установлено, соответственно (с учетом отсутствия ходатайств истца о фальсификации этого доказательства, об истребовании оригинала, об экспертизе того документа) судами верно принято указанное доказательство как достоверное и подтверждающее факт наличия согласия истца на использование ответчиком спорных товарных знаков.

Кроме того, при рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции ответчиком были представлены документы, подтверждающие приобретение товаров, которые впоследствии были поставлены по договору, заключенному по результатам аукциона, у общества «Промышленный инструмент», являющегося официальным дистрибьютором общества «Интехника».

Факты того, что общество «Промышленный инструмент» является официальным дилером истца, и что информация об этом дилере имеется на официальном сайте истца, последним не оспариваются.

Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Таким образом, приобретение спорных товаров у лица, получившего официальное разрешение истца на реализацию таких товаров, свидетельствует об исчерпании исключительного права в отношении таких товаров.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что ответчиком были представлены документы в отношении только части товаров, в то время как в отношении иной части документов представлено не было, подлежит отклонению.

Все представленные доказательства были исследованы судом апелляционной инстанции, на основании проведенного анализа суд пришел к выводу о подтверждении ответчиком факта приобретения товаров у официального дилера истца.

В такой ситуации названный довод, заявленный в суд кассационной инстанции, по сути, направлен на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств, которые были исследованы судом апелляционной инстанции и получили соответствующую правовую оценку. Суд кассационной инстанции в соответствии со статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочиями по переоценке доказательств не наделен.

Довод общества «Интехника» о неправомерном отклонении судом апелляционной инстанции ходатайства об истребовании доказательств не принимается судом кассационной инстанции.

Обществом «Интехника» было заявлено ходатайство об истребовании договора, заключенного с обществом «УНИТЕХ» по результатам проведения открытого аукциона в электронной форме на право заключить договор на поставку инструмента фирмы Vargus.

Вместе с тем, в рамках рассмотрения апелляционной жалобы, обществом «УНИТЕХ» в материалы дела был представлен указанный договор от 07.09.2017 N 1920-175, заключенный по результатам конкурса.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судом апелляционной инстанции правомерно отклонено ходатайство истца об истребовании указанного договора ввиду отсутствия необходимости такого истребования.

Кроме того, обществом «Интехника» было заявлено ходатайство об истребовании перечня товара, приобретенного обществом «УНИТЕХ» в рамках исполнения договора, и документов первичной бухгалтерской отчетности, подтверждающих исполнение обязательств общества «УНИТЕХ» как поставщика, предусмотренных указанным ранее договором.

Указанное ходатайство также отклонено судом апелляционной инстанции ввиду отсутствия необходимости истребования указанных документов, так как ответчиком не отрицалось исполнение договора от 07.09.2017 N 1920-175. Кроме того, в материалы дела были представлены документы, подтверждающие факт исполнения договора (товарные накладные).

При таких обстоятельствах, учитывая разрешение на использование товарных знаков и факт приобретения ответчиком товаров у дилера истца, судебная коллегия полагает, что суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии нарушения ответчиком прав истца на товарные знаки, право использования которых передано истцу по исключительной лицензии.

Оснований для иного вывода у судебной коллегии не имеется, а доводы, изложенные обществом «Интехника» в кассационной жалобе, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия, рассмотрев кассационную жалобу общества «Интехника» в пределах изложенных в ней доводов, полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с соответствующими выводами судов не свидетельствует о судебной ошибке и не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд постановил:

решение Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2018 по делу N А40-192883/2017 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интехника» — без удовлетворения. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судья Н.Л. Рассомагина
Судья Д.А. Булгаков

Опубликовано на Гарант.ру 17 декабря 2018.

 

комментарий на радио Комсомольская Правда 11.06.19

Как обжаловать отказ супруга давать разрешение на выезд ребенка за границу?

Статистика утверждает, что за год нотариусы в России оформляют более миллиона согласий на выезд ребенка за границу. Такой документ может потребоваться при прохождении пограничного контроля при въезде в другую страну, а также если несовершеннолетний гражданин России выезжает без сопровождения родителей, усыновителей, опекунов или попечителей. Кроме этого, согласие на выезд могут потребовать визовые центры ряда стран при подаче документов на оформление визы.

АиФ.ru выяснил у юриста, что делать, если один из родителей отказывается давать разрешение на выезд ребенка.

По словам юриста Натана Будовница, порядок выезда за пределы РФ регламентирован Федеральным законом от 15 августа 1996 г. N 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию». Согласно положениям статьи 20 этого закона, несовершеннолетний гражданин России, как правило, выезжает из страны совместно хотя бы с одним из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей. «Таким образом, если ребенок выезжает с одним из родителей за пределы РФ, то согласие второго родителя не требуется», — говорит Будовниц.

В случае если несовершеннолетний выезжает из Российской Федерации без сопровождения, он должен иметь при себе кроме паспорта нотариально оформленное согласие на выезд с указанием срока выезда и государства (государств), которое (которые) он намерен посетить.

Если один из родителей отказывается давать разрешение на выезд?

Если один из родителей отказывается давать разрешение на выезд ребенка, то второй может обратиться в суд. «В статье 21 указанного закона определено, что в том случае, если один из родителей, усыновителей, опекунов или попечителей заявит о своем несогласии на выезд несовершеннолетнего гражданина Российской Федерации, вопрос о возможности его выезда из Российской Федерации разрешается в судебном порядке. При этом существует ряд иностранных государств, законодательство которых требует получения согласия второго родителя (не лишенного родительских прав) на въезд. И если второй родитель такое согласие не предоставляет (отказывается предоставлять), то данный вопрос тоже разрешается в судебном порядке», — говорит Будовниц.

При рассмотрении дела суд проверит, насколько необходим запрет на выезд, исходя из интересов ребенка. Поэтому, подавая жалобу, необходимо не просто указать абстрактный выезд за пределы России, а назвать конкретные сроки, страну и цели поездки, советует юрист.

Опубликовано в АИФ 11.06.2019г.

Как изменятся правила выезда детей за границу?

С 12 июня вступает в силу постановление правительства от 31 мая 2019 г. № 690, которое отменяет действующие ранее правила подачи заявления о несогласии на выезд из Российской Федерации несовершеннолетнего гражданина страны. Новый порядок подачи указанных заявлений утвержден приказом МВД России от 11 февраля 2019 г. № 62.

Что изменится в правилах?

Теперь заявление о несогласии на выезд ребенка нужно будет подавать не в Пограничную службу ФСБ, а в подразделения по вопросам миграции территориальных органов МВД России. После получения заявления МВД вносит сведения в Государственную систему миграционного и регистрационного учета и направляет информацию об ограничении права на выезд ребенка в Погранслужбу ФСБ России. Если заявитель живет за пределами России, подавать заявление нужно в дипломатические представительства или консульские учреждения РФ.

В заявлении о несогласии на выезд ребенка теперь, помимо прочего, требуется указывать ФИО и дату рождения второго родителя (опекуна, усыновителя), место его рождения, гражданство и адрес места жительства либо пребывания. В приказе МВД приведена форма указанного заявления и указан перечень документов, которые необходимо подать вместе с заявлением. Срок рассмотрения заявления составляет не более пяти рабочих дней со дня его регистрации.

Как выяснить, нет ли ограничения на выезд ребенка, и как обжаловать несогласие второго родителя?

Родители, которые отправляют ребенка учиться или, например, отдыхать за границу, могут выяснить, не наложено ли временное ограничение на его выезд за границу, в миграционных подразделениях МВД России. Сделать это лучше заранее.

Согласно ст. 21 ФЗ от 15.08.1996 N 114 «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», если один из родителей заявит о своем несогласии на выезд ребенка, второй может обратиться в суд. Рассматривая дело, судья будет учитывать, насколько необходим запрет исходя из интересов несовершеннолетнего, рассказал АиФ.ru юрист Натан Будовниц. Поэтому в иске следует указать конкретные сроки, страну и цели поездки.

Опубликовано в АИФ 11.06.2019г.

Кто из супругов должен платить ипотеку после развода?

Ипотека может стать серьезным препятствием на пути к мирному разводу. О различных вариантах раздела кредитных обязательств после развода АиФ.ru рассказал судебный юрист Натан Будовниц.

Если кредит оформлен на обоих супругов

В этом случае развод никак не повлияет на ипотеку. «Они оба будут должниками банка. Есть такое понятие, как солидарные должники. Это значит, что оба несут ответственность перед кредитором, в данном случае — перед банком», — рассказал эксперт.

Если на одного из супругов

Супруг, на которого оформлена ипотека, продолжит выступать должником банка. «Т.е. первостепенные требования банк будет предъявлять именно этому супругу», — пояснил Будовниц. Поскольку ипотека была оформлена в браке, на квартиру, которая по умолчанию считается общим имуществом, должник банка может потребовать возмещения расходов на кредит. «Супруг, который выполняет обязательства перед банком, имеет право предъявить претензии к бывшей супруге в виде требования по выплате ему компенсации в размере 50% тех сумм, которые он выплатил после расторжения брака», — рассказал эксперт.

Как при разводе будут делиться выплаченные и будущие платежи?

«На практике самый простой способ — это определять обязательства по выплаченным платежам. Супруг показывает, что он осуществил выплату, и просит возместить компенсацию 50% от той суммы, которую он выплатил», — отметил Натан Будовниц. По его словам, делить будущие платежи гораздо сложнее. «Нельзя без согласия банка вносить изменения в кредитный договор. На практике банки никогда не дают согласия на то, чтобы были какие-то изменения по договору, которые позволили бы делились эти платежи между бывшими супругами. Поэтому будущие платежи почти не делятся. Такие требования предъявляются на практике, но очень редко удается добиться того, чтобы суд их удовлетворил», — пояснил эксперт.

Он добавил, что деление будущих платежей может нарушить права бывшей супруги в случае, если должник банка досрочно погасил ипотеку. В такой ситуации супруга будет обязана перечислять бывшему мужу половину стоимости кредита несмотря на то, что его долг уже выплачен.

Что произойдет при разводе с квартирой, если один из супругов купил ее в ипотеку до брака и на свое имя?

Такая ситуация также неоднозначна. «С моей точки зрения эта квартира должна считаться собственностью того супруга, на имя которого она была оформлена до брака, — уверен юрист. — Ипотека — это кредитный договор, долг. Да, в браке супруги перечисляют платежи на погашение кредита из общих средств. Но если у них происходит прекращение отношений, супруга, на которую не была оформлена эта квартира, должна иметь право взыскать компенсацию с тех сумм, которые были выплачены на его личный долг. Но она не должна претендовать на эту квартиру». При этом эксперт отмечает, что на сегодняшний день нет сложившейся судебной практики по этому вопросу, поэтому решение суда может быть другим.

Опубликовано в АИФ 20.04.2019

Дадут ли Кокорину и Мамаеву реальный срок?

Тверской районный суд Москвы вынес решение арестовать полузащитника «Краснодара» Павла Мамаева и нападающего «Зенита» Александра Кокорина на два месяца до 8 декабря 2018 года. Футболисты проходят подозреваемыми по громкому делу о драке в центре Москвы – им грозит наказание по ч. 2 ст. 213 УК РФ (хулиганство, совершённое группой лиц).

Говорит ли решение суда о том, что Кокорина и Мамаева могут впоследствии приговорить к реальному сроку (максимальное наказание по ч. 2 ст. 213 УК РФ – семь лет лишения свободы), АиФ.ru рассказал судебный юрист Натан Будовниц.

«Нет, не говорит. Причины, т.е. законные основания, по которым суд пришёл к решению избрать такую меру пресечения, отражаются в тексте решения. Всё должно оцениваться по совокупности обстоятельств и доказательств. Возможно, суд оценил степень проступка. К тому же Кокорин и Мамаев не первый раз попадают в хроники подобных событий, и это решение, возможно, некий ответ обществу, некая показательная ответственность», – говорит Будовниц.

По словам юриста, без погружения в материалы дела анализировать решение суда нельзя. «В любом случае, мы не знаем, какими доказательствами располагает суд. Полной информацией обладают только адвокаты подозреваемых и обвинительная сторона. Кроме того, защита имеет законное право обжаловать решение суда, оно может быть отменено, изменено и это всё не окончательно», – отмечает эксперт.

Опубликовано в АИФ 12.10.2018

о вознаграждении за помощь полиции

Юрист оценил идею о вознаграждении за помощь полиции.

МОСКВА, 21 авг — РИА Новости. Предложение МВД платить за помощь в раскрытии преступлений и задержании лиц, которые их совершили, может принести пользу, несмотря на то что сам проект оставляет еще ряд вопросов, считает судебный юрист Натан Будовниц.
Ранее сообщалось, что полиция может начать платить деньги за помощь в раскрытии преступлений и задержании лиц, которые их совершили. Соответствующий проект приказа МВД опубликован на сайте Garant.ru.

Согласно проекту, сумма вознаграждения до 500 тысяч рублей будет устанавливаться по решению руководителя или заместителя территориального органа МВД, до 3 миллионов рублей — по решению заместителя министра МВД, свыше 3 миллионов рублей — по решению министра.

«Эта инициатива вполне может быть рабочей и даже принести пользу. Лично я ничего не вижу плохого в том, что граждане будут помогать правоохранительным органам ловить людей, объявленных в розыск по преступлениям. Общественный контроль полезен. Главное, чтобы здесь не было перегибов, и сообщения были актуальными. Но это можно понять только опытным путем», — сказал РИА Новости Будовниц.

По его словам, часто некоторые законопроекты дорабатываются, уже когда становятся законами или локальными правовыми актами.»Но этот проект можно было бы доработать. Остается вопрос: каким образом будет распределяться вознаграждение, если о преступлении сообщили несколько человек, и как это будет определяться. Если осуществлены два звонка в одно и то же время, вплоть до минуты. Такое совпадение можно предположить, особенно если будет общий многоканальный телефон», — сказал Будовниц.

21.08.2018

РИА Новости https://ria.ru/society/20180821/1526941083.html